В 2025 году средний размер страховой пенсии в России достиг 24 тыс. рублей, но для части граждан даже эта сумма остаётся недостижимой. По данным Пенсионного фонда РФ, 3.2 млн человек (4% трудоспособного населения) не имеют достаточного стажа или пенсионных баллов для назначения выплат. Юрист Илья Русяев, управляющий партнёр компании «Русяев и партнёры», в интервью RT назвал ключевые группы риска: работники неформального сектора, мигранты без вида на жительство и граждане, не набравшие 15 лет стажа. На фоне продолжающейся пенсионной реформы (повышение возраста до 65/60 лет к 2028 году) и роста инфляции (7.9% за 2024 год) проблема исключения из пенсионной системы становится социальной бомбой замедленного действия.

Фактологическая база: Кого закон лишает пенсии?

1. Недостаток стажа и баллов: цифры за кадром.

   • Для страховой пенсии по старости в 2025 году требуется 15 лет стажа и 30 пенсионных баллов.

   • По оценкам Росстата, 12% мужчин и 8% женщин предпенсионного возраста (55–60 лет) не соответствуют этим критериям из-за работы в «теневом» секторе или перерывов в трудовой деятельности.

   • Средний балл среди лиц без пенсии — 22.4, что на 25% ниже минимума.

2. Социальная пенсия: отсроченное «спасение».

   • Лицам без страхового стажа выплаты назначаются в 70 лет (мужчины) и 65 лет (женщины). Размер социальной пенсии — 12 354 рубля (47% от страховой).

   • В 2024 году такие пенсии получали 1.1 млн человек, но к 2025-му их число выросло на 18% из-за ужесточения требований.

3. Иностранцы и эмигранты: двойное исключение.

   • Мигранты без 15 лет проживания в РФ и вида на жительство (по данным МВД — 4.7 млн человек) лишены права на пенсию.

   • Граждане РФ, выехавшие на ПМЖ за рубеж, теряют выплаты, если страна не имеет соглашения с Россией (например, Грузия, Прибалтика).

Анализ причин: Почему миллионы остаются за бортом системы?

1. Неформальная занятость: порочный круг.

   • 9.6 млн россиян (13% рабочей силы) трудятся без официального оформления, чаще всего в секторах:

     • Строительство (32%);

     • Торговля (28%);

     • Сельское хозяйство (19%).

   • Работодатели экономят на страховых взносах (22% от зарплаты), а сотрудники теряют до 8.5 баллов ежегодно.

2. Низкие зарплаты и баллы: математика неравенства.

   • Для получения 1 балла в 2025 году нужно зарабатывать 14 320 рублей в месяц. При зарплате в 20 тыс. рублей (25% работников по данным Росстата) годовой балл составит 1.4, а за 15 лет — 21 балл (при требуемых 30).

   • Региональный дисбаланс: в Дагестане 41% пенсионеров получают социальную пенцию, в Москве — 6%.

3. Проблема миграции: «невидимые» годы.

   • Гастарбайтеры из Средней Азии часто работают по патентам, но взносы за них идут только в ФМС, а не в ПФР. Из 3.2 млн трудовых мигрантов только 12% имеют стаж, засчитанный для пенсии.

Вызовы системы: Последствия исключения из пенсионной сети

1. Рост бедности среди пожилых.

   • У 23% россиян старше 60 лет пенсия — единственный доход. Лишение выплат обрекает их на жизнь за чертой бедности (11 450 рублей в 2025 году).

2. Давление на бюджет.
   Социальные пенсии финансируются из федеральной казны, а не страховых взносов. При текущем росте числа получателей к 2030 году нагрузка увеличится на 340 млрд рублей ежегодно.

3. Демографические риски.
   Сокращение численности трудоспособного населения (на 700 тыс. ежегодно) усугубляет дисбаланс между плательщиками взносов и пенсионерами.

Прогнозы: Возможна ли коррекция политики?

1. Сценарий «точечных послаблений».
   Введение исключений для отдельных категорий (например, матерей с детьми или жителей депрессивных регионов). Однако Минфин уже отверг такие инициативы, ссылаясь на дефицит бюджета.

2. Легализация неформалов через амнистию.
   Проект Минтруда позволяет задним числом уплатить взносы за прошлые годы по сниженным тарифам. Но для работника с зарплатой 20 тыс. рублей это потребует 35 200 рублей за год — неподъёмная сумма для многих.

3. Повышение планки.
   К 2030 году требуемый стаж может вырасти до 20 лет, а баллы — до 35, что увеличит число «недостойных» пенсии до 6–7 млн человек.

Заключение: Пенсия как привилегия, а не право

Система, задуманная как социальный гарант, всё чаще работает как фильтр, отсеивающий уязвимые группы. По словам экономиста Натальи Зубаревич, «пенсионная реформа 2018 года превратила старость в роскошь для тех, кто смог соответствовать жёстким критериям».

Парадокс в том, что государство, повышая пенсионный возраст и требования, одновременно декларирует заботу о пожилых. Однако реальность такова: 70-летние дагестанцы, 20 лет проработавшие в тени, или мигранты, построившие мосты в Сочи, остаются за пределами системы.

Решение требует не точечных мер, а пересмотра самой логики пенсионного обеспечения. Без этого «социальный контракт» между властью и гражданами рискует превратиться в фикцию для избранных.